Интеллект человека ограничен, поэтому нам нужен искусственный интеллект
![](https://etalon-it.tyumennews.ru/wp-content/uploads/2018/06/03beea4c08bb7c9cb8c660342b737dc1-650x301.jpg)
Некоторые люди принимают препарат леводопа каждый день по три раза. Принимают его, потому что их мозг не производит достаточного количества дофамина. Без него их руки и ноги трясутся, а тело трудно заставить делать то, что хочешь. Так проявляется болезнь Паркинсона — многие нейроны, производящие дофамин, погибли. Но благодаря леводопе мозг получает синтетический дофамин.
Этот невероятный препарат производится естественным путем в большом бобовом растении. Тот факт, что природа сделала в этом растении ту самую молекулу, которой не хватает мозгу человека, вообще не укладывается в голове. В первой половине 20 века мы выяснили, как производить этот компонент химическим путем, что позволило людям производить его массово и раздавать пациентам с Паркинсоном по всему миру. Тот факт, что это открытие состоялось, — это заслуга нашей изобретательности и интеллекта. Когда болезнь Паркинсона диагностировали 60 лет назад, врачи не могли ничего предложить. Сегодня же люди с ней могут функционировать вполне нормально, и все благодаря этому растению и интеллекту человека.
Но это недостаточно хорошо. Всякий раз, когда человек принимает этот препарат, весь мозг наполняется дофамином. Поначалу это дает приятный эффект и делает человека более внимательным и сосредоточенным, но также несет негативные последствия. В любом препарате, который принимают люди, от ТГК в марихуане до кофеина в кофе, есть химические вещества, которые связываются с рецепторами в мозге. Они либо стимулируют, либо ингибируют нейроны, при этом запуская каскад других эффектов. Например, при регулярном приеме мозг продуцирует дополнительные рецепторы в ожидании препарата; поэтому возникает привыкание. Не то чтобы это было плохо, просто меняется химия и структура мозга.
Хотя измененная структура, которая появляtтся из-за слишком большого количества кофеина, может и не быть вредной, другие препараты, вроде синтетического дофамина, могут. Большинство людей, которые принимают леводопу много лет подряд, начинают испытывать побочный эффект препарата — дискинезию, из-за которой сложно управлять телом. Чтобы побороть этот побочный эффект, нужны другие препараты, которые дальше будут менять мозг, что приведет в итоге к другим препаратам, которые устраняют негативные эффекты предыдущих. В конце концов, пациенты будут проводить большую часть дня, глотая таблетки, а заболеванием станет довольно трудно управлять.
Кроме того, мозг каждого человека устроен по-своему, и в результате побочные эффекты по-разному сказываются на пациентах. Пока что фармацевтическая промышленность строится вокруг одного девиза: одно лекарство подойдет всем, и пока мы не дойдем до того момента, когда у нас будет индивидуальный подход к лечению болезней, все так и будет.
Но самым большим препятствием для выявления таких заболеваний, как болезнь Паркинсона или Альцгеймера, является поразительная сложность самого мозга. Как говорит Джеймс Уотсон, «мозг — это последняя и самая грандиозная биологическая граница, самая сложная вещь, которая существует в нашей Вселенной. Она содержит миллиарды клеток, связанных триллионами соединений. Мозг поражает сознание».
Что же делать? Весьма вероятно, что механизмы, лежащие в основе нейродегенерации, от которых каждый из нас будет страдать в той или иной степени, слишком сложны, чтобы мы могли их определить. Список факторов, которые нужно определить, чтобы расшифровать все эти заболевания, бесконечно длинный. Во всяком случае достаточно длинный для того, чтобы человек или даже группа людей могли его составить. Хотя мы зашли достаточно далеко в лечении подобных заболеваний и разрабатываем новые методы, полностью излечить их не представляется возможным в ближайшей перспективе.
То же самое можно сказать про некоторые загадки, которые мы пока не можем решить. Например, изменения климата, происхождение Вселенной или конфликты на планете. Во многом нам мешает человеческая глупость.
И вот потому-то создание искусственного интеллекта может оказаться полезным. Так же, как каждый родитель надеется, что его ребенок будет умнее его самого, наша надежда состоит в том, чтобы создать интеллект в искусственной форме, который будет мудрее нас и сможет решить много проблем нашего мира.